Предотвратим болезни

Кариес это реально - инфицирование организма.

Советы врачей по возможности избегать от нахождения на ярком солнце не полностью оправданы.

Родители деток, которые страдают от гастроэнтерита, усугубляют состояние здоровья детей, предлагая им сладкие газированные воды, например, кока-кола и лимонад, говорят британские ученые.

Исследователи из Университета Эмори (США) установили, что выходцы из Индии страдают диабетом втрое чаще белых американцев.

Сегодня в Колонном зале Дома Союзов открывается торжественное празднование юбилея Московской медицинской академии имени И.М.

По результатам ислледований, которые были опубликованы 10 ноября выявлено, что уменьшение времени сна чаще приводит к сердечным заболеваниям.

Британских глазных хирургов будут тренировать с помощью нервной обратной связи.

На месяцы может затянуться протекание такой кожной напасти как бородавки.

Екатерина Садур Зеленая бездна

-- Ты все еще хочешь, чтобы я уехал? -- спросил наутро Роман. Он умывался. Я стояла рядом, рассматривая аляповатые обложки журнала "Чудеса и приключения". Поодаль дети из Черновцов, потупясь, ждали своей очереди.

-- Да, -- ответила я. -- Пожалуйста, уезжай.

-- Удобный умывальник, -- усмехнулся Роман. -- Ты помнишь, хозяйский мальчишка попробовал бриться и порезался.

-- Я просто ждала, когда можно будет умыться.

-- Он увидел тебя в зеркале и поранил щеку, -- сказал Роман. -- Что произошло между вами?

Старуха варила кофе на летней кухне. Шаль упала на плечи, открыв черные волосы, затронутые сединой. Старуха заворчала, стала поправлять шаль. Кофе перелился через край, затушил огонь.

-- Ты видишь этот журнал? -- показала я на умывальный столик. -- Прошу тебя, выпиши его моей бабке.

-- Зачем он ей? -- удивился Роман.

-- Она просила.

-- Ты плачешь? -- спросил он, то ли усмехнувшись, то ли сожалея. -Плачешь, потому что я уезжаю?

-- Да, -- кивнула я. -- Обещаешь, что выпишешь журнал?

-- Обещаю.

Я в первый раз спустилась к морю одна. Море было полностью моим. Роман и письмо из Москвы больше его от меня не закрывали. Я пришла на пляж -- в это время Роман, доехав до Симферополя, садился в поезд. Я вошла в море, а он показал билет проводнику. Он запрещал мне плавать к буйку, но я решила обязательно доплыть. Поезд тронулся.

Я открыла глаза под водой.

Дно, которое раньше под тяжелыми слоями воды казалось мне расплывчатым, сейчас я разглядела до мелочей. Уезжая, Роман оставил подводные очки, и море перестало от меня прятаться. Я увидела камни с обточенными краями, рассыпанные вокруг тяжелого валуна в мидиях. Несколько мидий приоткрыли створки, но, как только над ними проплыл косяк рыб, створки тотчас захлопнулись. Чаще всего мне попадались серые рыбки, почти неразличимые на дне, цвета морского песка; но один раз проплыла голубая с длинными прозрачными плавниками. И эта голубая рыбка, мелькнувшая вдруг среди серых водорослей, настолько поразила меня, что я поплыла за ней, но она тут же потерялась в обломках пирса. Тогда я оттолкнулась от пирса, но водоросли вялыми кольцами обвились вокруг лодыжек, желая удержать, а потом потянулись вслед, длинно прощаясь.