Наша общая цель – сделать общество Российского Красного Креста сильнее и вернуть ему былую славу. Это заявили на прошедших сегодня переговорах заместителя Министра Вероника Скворцова и генеральный секретарь Международной федерации обществ Красного Креста и Красного Полумесяца Бекеле Гелета.
Вероника Скворцова рассказала о том, что российское здравоохранение сейчас развивается очень динамично. Особое внимание уделяется массовым мероприятиям, направленным на доступность медицинской помощи и формированию здорового образа жизни.
«Красный Крест может гармонично влиться во многие направления деятельности Минздравсоцразвития, не дублируя работу министерства, – подчеркнула Скворцова. – Профилактика сердечно-сосудистых заболеваний, развитие Службы крови и донорства, обучение населения приемам само- и взаимопомощи при ДТП и других экстренных случаях – всем этим Красный Крест занимался и раньше. Конечно, идеология общества должна быть согласована с государством, а руководители Красного Креста должны мобилизовать все усилия для успешной работы».
«Российский Красный Крест – организация с богатым прошлым и сильными традициями. Но за последние годы она утратила свои позиции и влияние в обществе», - заявила Бекеле Гелета.
Международная федерация обществ Красного Креста со своей стороны готова оказать Российскому обществу Красного Креста любую поддержку для возрождения организации – организационную, материальную, техническую. Для работы над новым Уставом и другими нормативными документами целесообразно создать независимую команду из представителей медицины, общественности, культуры и науки, а так же глав региональных отделений общества.
На встрече замминистра и генеральный секретарь Международной федерации обществ Красного Креста МФОКК договорились о шагах по совместной работе, нацеленной на помощь Российскому Красному Кресту. После того, как организация окрепнет, в России может быть открыт региональный центр Международной федерации обществ Красного Креста для реализации проектов на территории стран СНГ, Ближнего Востока и Азии.
Федор Михайлович ДостоевскийТом 2. Повести и рассказы 1848-1852
Я уже рассказала первое пробуждение мое от младенческого сна, первое движение мое в жизни. Сердце мое было уязвлено с первого мгновения, и с непостижимою, утомляющею быстротой началось мое развитие. Я уже не могла довольствоваться одними внешними впечатлениями. Я начала думать, рассуждать, наблюдать; но это наблюдение произошло так неестественно рано, что воображение мое не могло не переделывать всего по-своему, и я вдруг очутилась в каком-то особенном мире. Всё вокруг меня стало походить на ту волшебную сказку, которую часто рассказывал мне отец и которую я не могла не принять, в то время, за чистую истину. Родились странные понятия. Я очень хорошо узнала, — но не знаю, как это сделалось, — что живу в странном семействе и что родители мои как-то вовсе не похожи на тех людей, коте мне случалось встречать в это время. «Отчего, — думала я, — отчего я вижу других людей, как-то и с виду непохожих на моих родителей? отчего я замечала смех на других лицах и отчего меня тут же поражало то, что в нашем углу никогда не смеются, никогда не радуются?» Какая сила, какая причина заставила меня, девятилетнего ребенка, так прилежно осматриваться и вслушиваться в каждое слово тех людей, которых мне случалось встречать или на нашей лестнице, или на улице, когда я повечеру, прикрыв свои лохмотья старой матушкиной кацавейкой, шла в лавочку с медными деньгами купить на несколько грошей сахару, чаю или хлеба? Я поняла, и уж не помню как, что в нашем углу — какое-то вечное, нестерпимое горе. Я ломала голову, стараясь угадать, почему это так, и не знаю, кто мне помог разгадать всё это по-своему: я обвинила матушку, признала ее за злодейку моего отца, и опять говорю: не понимаю, как такое чудовищное понятие могло составиться в моем воображении. И насколько я привязалась к отцу, настолько возненавидела мою бедную мать. До сих пор воспоминание обо всем этом глубоко и горько терзает меня. Но вот другой случай, который еще более, чем первый, способствовал моему странному сближению с отцом. Раз, в десятом часу вечера, матушка послала меня в лавочку за дрожжами, а батюшки не было дома. Возвращаясь, я упала на улице и пролила всю чашку. Первая моя мысль была о том, как рассердится матушка. Между тем я чувствовала ужасную боль в левой руке и не могла встать. Кругом меня остановились прохожие; какая-то старушка начала меня поднимать, а какой-то мальчик; пробежавший мимо, ударил меня ключом в голову. Наконец меня поставили на ноги, я подобрала черепки разбитой чашки и пошла, шатаясь, едва передвигая ноги. Вдруг я увидела батюшку. Он стоял в толпе перед богатым домом, который был против нашего. Этот дом принадлежал каким-то знатным людям и был великолепно освещен; у крыльца съехалось множество карет, и звуки музыки долетали из окон на улицу. Я схватила батюшку за полу сюртука, показала ему разбитую чашку и, заплакав, начала говорить, что боюсь идти к матушке. Я как-то была уверена, что он заступится за меня. Но почему я была уверена, кто подсказал мне, кто научил меня, что он меня любит более, чем матушка? Отчего к нему я подошла без страха? Он взял меня за руку, начал утешать, потом сказал, что хочет мне что-то показать, и приподнял меня на руках. Я ничего не могла видеть, потому что он схватил меня за ушибленную руку и мне стало ужасно больно; но я не закричала, боясь огорчить его. Он всё спрашивал, вижу ли я что-нибудь? Я всеми силами старалась отвечать в угоду ему и отвечала, что вижу красные занавесы. Когда же он хотел перенести меня на другую сторону улицы, ближе к дому, то, не знаю отчего, вдруг начала я плакать, обнимать его и проситься скорее наверх, к матушке. Я помню, что мне тяжелее были тогда ласки батюшки, и я не могла вынести того, что один из тех, кого я так хотела любить, — ласкает и любит меня и что к другой я не смела и боялась идти. Но матушка почти совсем не сердилась и отослала меня спать. Я помню, что боль в руке, усиливаясь всё более и более, нагнала на меня лихорадку. Однако ж я была как-то особенно счастлива тем, что всё так благополучно кончилось, и всю эту ночь мне снился соседний дом с красными занавесами.
0uqkjdy
Четверть проверенных Рособрнадзором отличников оказались липовыми. Владимир Путин объяснил понятие “великая держава”. Симбиоз специализации и кооперации.
Женский день – это наш праздник! Полковник милиции задержан за избиение журналиста. «Новые русские» распродают недвижимость во Франции. Каждый третий россиянин отказался от покупки нового мобильника. Какой будет страна после кризиса? Десять лет без права переезда. Лимоновцы устроили МИДу шумный прием. Рубль дешевеет на один процент в неделю. В Москве простились с Михаилом Ульяновым. «Следователь ЮКОСа» подал рапорт об уходе на пенсию. Рустам Тарико: «Мы купили бизнес у Аmerican Еxpress». На свой юбилей Ющенко спрятался в горах. Виктор Зубков не видит наценок в законе. Палестина прорывает блокаду по частям. Владимир Артяков приступил к формированию новой команды. В России появится трубопроводная мегакомпания. ЕБРР исследовал российские реформы под лупой.
Подтвердите, что Вы не бот — выберите человечка с поднятой рукой:
