Руководитель Росздравнадзора Николай Юргель 18 февраля принял участие в пресс-конференции, посвященной началу промышленных поставок заводом «Сердикс» оригинальных лекарственных средств для российского рынка.
В пресс-конференции также участвовали министр здравоохранения Правительства Московской области Владимир Семенов и генеральный директор ООО «Сердикс» Геннадий Пяцкий.
Как сообщает пресс-служба Росздравнадзора, в процессе общения с журналистами были обсуждены перспективы развития фармацевтического рынка в России, рассмотрены стратегические направления развития отечественного фармпроизводства и модернизации системы контроля качества лекарственных средств, а также многие другие вопросы, в том числе о дальнейшем сотрудничестве Росздравнадзора и французской фармкомпании Сервье.
После пресс-конференции профессор Николай Юргель посетил лаборатории службы качества предприятия и другие подразделения фармацевтического комплекса, отметив при этом высокий уровень организации производства и контроля качества производимой продукции.
Федор Михайлович ДостоевскийЗаписки из мертвого дома
Но нечего описывать всех сцен. Их было еще две или три. Все они смешны и неподдельно веселы. Если сочинили их не сами арестанты, то по крайней мере в каждую из них положили своего. Почти каждый актер импровизировал от себя, так что в следующие вечера один и тот же актер одну и ту же роль играл несколько иначе. Последняя пантомима, фантастического свойства, заключилась балетом. Хоронился мертвец. Брамин с многочисленной прислугой делает над гробом разные заклинания, но ничего не помогает. Наконец раздается «Солнце на закате», мертвец оживает, и все в радости начинают плясать. Брамин пляшет вместе с мертвецом, и пляшет совершенно особенным образом, по-брамински. Тем и кончается театр, до следующего вечера. Наши все расходятся веселые, довольные, хвалят актеров, благодарят унтер-офицера. Ссор не слышно. Все как-то непривычно довольны, даже как будто счастливы, и засыпают не по-всегдашнему, а почти с спокойным духом, – а с чего бы, кажется? А между тем это не мечта моего воображения. Это правда, истина. Только немного позволили этим бедным людям пожить по-своему, повеселиться по-людски, прожить хоть час не поострожному – и человек нравственно меняется, хотя бы то было на несколько только минут… Но вот уже глубокая ночь. Я вздрагиваю и просыпаюсь случайно: старик все еще молится на печке и промолится там до самой зари; Алей тихо спит подле меня. Я припоминаю, что, и засыпая, он еще смеялся, толкуя вместе с братьями о театре, и невольно засматриваюсь на его спокойное детское лицо. Мало-помалу я припоминаю все: последний день, праздники, весь этот месяц… в испуге приподымаю голову и оглядываю спящих моих товарищей при дрожащем тусклом свете шестериковой казенной свечи. Я смотрю на их бедные лица, на их бедные постели, на всю эту непроходимую голь и нищету, – всматриваюсь – и точно мне хочется увериться, что все это не продолжение безобразного сна, а действительная правда. Но это правда: вот слышится чей-то стон; кто-то тяжело откинул руку и брякнул цепями. Другой вздрогнул во сне и начал говорить, а дедушка на печи молится за всех «православных христиан», и слышно его мирное, тихое, протяжное: «Господи Иисусе Христе, помилуй нас!..»
0uqkjdy
Доступное жилье оценили в 16 тысяч рублей. Путин не дал Cредней Азии уйти на Запад. Россияне не готовы к «электронному правительству».
