В США начинают бороться с ожирением

В США продолжается “война за здравие”. Так можно охарактеризовать дебаты, идущие и на правительственном уровне, и в народе по поводу реформы здравоохранения, которую собирается запустить Барак Обама. Её ещё называют “перетряской всей системы”.

Реформаторский настрой президента по душе, естественно, не всем. Особенно партийным оппонентам. Скорее всего, они приложили руку к билбордам, которые появились на американских дорогах. На фото, сделанное в Миннесоте, надпись - “Ну что, ещё не соскучились?” - издевательски намекает, а может при Буше-то жилось поспокойней?
Как бы то ни было, и сторонников перемен по-обамовски в США хватает. Тем более, что президентская чета собирается начать бороться чуть ли не с главной бедой для системы здравоохранения Соединённых Штатов. Не с нехваткой финансирования, в этом-то как раз проблем нет, а с переизбытком лишнего веса простых американцев.
“Бросай есть, вставай на лыжи” - читается между строк сухих заявлений Белого дома.

Качество еды, что производится под лозунгом - “Быстрее, жирнее, больше, дешевле”, и образ жизни - неторопливый и малоподвижный - деликатно критикует президент Обама и его супруга.
Мишель Обама начинает общенациональную кампанию по борьбе с детским ожирением, привлекая спортивных звезд, потому как не менее 32% американских детей и подростков, то есть 25 миллионов, страдают от ожирения, среди взрослых ситуация хуже.
Госбюджету борьба с последствиями, что провоцируют лишнее килограммы, обходится в 147 миллиардов долларов. Сравнимы ли эти цифры с доходами пищевой промышленности?
Если вы можете вырастить цыпленка за 48 дней, вы уже не хотите, чтоб он рос три месяца. Если вы заходите в супермаркет, там только иллюзия выбора - невероятное количество пищевой продукции сделано из кукурузы.
В день, когда Белый дом объявляет о новой инициативе, на экранах показывают фильм изобилующий подробностями из чего делается еда в Северной Америке. Но фильм воспринимают в штыки, не пуская повсеместно на большие экраны, а призыв первой леди питаться правильно, подвергают критике - это, якобы, вторжение в личную жизнь американцев.
Мишель Обама начинает эту кампанию, едва оказавшись в Белом доме - на лужайке перед резиденцией президента она разбивает грядки, осенью собирает урожай, невольно подчеркивая этим - зелень в магазине не заслуживает доверия.Число больных ожирение растет в США в геометрической прогрессии, обновляя рекорды каждый год с 1998, сегодня американское общество - это более чем на четверть люди страдающие ожирением, 40% с избыточным весом. Это проблема национального масштаба, если за нее берется Мишель Обама, но удастся ли первой леди сломать тенденцию, а если нет, то каковы будут политические последствия? Будучи первой леди Хиллари Клинтон старалась провести реформу здравоохранения, но увы, тщетно.

Ирина Головкина Побеждённые (Часть 2)

Она приподнялась и вынула бархатный футляр.

- Вот, дорогая, фамильный жемчуг; еще мой, девичий. Он был у нас приготовлен тебе как свадебный подарок. Возьми его. Кто знает, может быть, Валентин еще вернется, не возражай мне, девочка моя. Я не требую у тебя обещаний - я понимаю, как мало надежды... Но я уже плоха и не хочу, чтобы этот жемчуг попал в руки этих девушек. Он и уцелел-то только потому, что я повторяю и в кухне, и в коридоре, будто это простые бусы, не стоят и пяти рублей. Пусть он украсит твою шейку.

Но Леля замотала головой.

- Я не вправе принять такую вещь... Вы ее продать можете... Вам так теперь трудно!

- Нет, милая! Я этого не сделаю. Жемчуг этот заветный. Надень, я застегну на тебе замочек. Если бы ты только знала, как я грущу, но ты этого не поймешь в свои двадцать лет.

Как только Татьяна Ивановна усадила Лелю пить чай, с трудом разместив китайские чашки и чайничек на крошечном отрезке стола, послышался звонок и в комнате появилась хорошо знакомая фигура Шуры Краснокутского с его круглыми, добрыми, черными глазами. Следом за ним, не дожидаясь приглашения, тотчас юркнула Дарочка. Быстрый завистливый взгляд, брошенный ею в сторону Лели, говорил сам за себя - ишь ты, куколка дворянская! Возможно, что зоркие глаза уже заметили жемчуг на шее Лели.

При появлении Шуры Дарочка мобилизовала свои чары, и наилучшей из них, по-видимому, считала ежеминутный звонкий хохот.

Подымаясь, чтобы уходить, Леля самым невинным голоском спросила:

- Как здоровье вашей бабушки, Дарочка? К кому она нанялась? Помните, Шура, нянюшку Агашу? Такая добрая и милая старушка, вторая Арина Родионовна, - и покосилась на Дарочку, наслаждаясь плодами своего ехидства. С этой же тайной мыслью она позволила Татьяне Ивановне обнять себя и, прощаясь, сама повисла на ее шее. Но как только она и Шура вышли на лестницу, улыбка слетела с ее лица.

- Шура, что же это такое?

- Да, картина самая печальная, а изменить ничего нельзя. Татьяна Ивановна имела право их вписать, а выписать права не имеет: одна из очередных нелепостей нашей жизни! Я часто бываю здесь - отношу на почту корреспонденцию Татьяны Ивановны и хожу по комиссионным с ее квитанциями. Я в курсе всего, что здесь происходит. И очень боюсь, что эти девицы приведут сюда кавалеров; если одна выскочит замуж, чего доброго, и муж въедет сюда же. Кроме того, они Татьяну Ивановну систематически обкрадывают, а она по непостижимому добродушию или безразличию допускает это и только просит ничего не сообщать Валентину и даже старой Агаше, чтобы не огорчать их. Легко может случиться, что, когда Валентину разрешат вернуться (если разрешат!), въехать ему уже будет некуда! Татьяна Ивановна долго не протянет, а девочки вместе с другими жильцами запрудят квартиру.