Николай Георгиевич Гарин-Михайловский Гимназисты (Семейная хроника - 2)
- И... интересный тип... умные, - кричал Берендя.
- Ну?!
- Вот... вот... тебе крест... Черт знает что такое.
- И сошелся с ними?
- Да... да, сошелся...
Берендя, как-то пригнувшись и показывая свои гнилые зубы, всматривался нерешительно в Долбу. Долба смотрел на него некоторое время и наконец залился своим мелким смехом.
- Ах, черт! - тряс он головой, и трудно было сказать, что означал его смех: сочувствие Беренде, удивление или презрение к нему.
Смех Долбы так долго продолжался, что Корнев, сидевший в это время за какой-то книгой и усердно обгрызавший свои ногти, оторвался и лениво окрикнул его, не поворачиваясь:
- Ну, чего там?
Долба в ответ еще энергичнее рассыпался своим мелким смехом, покраснел и усиленно тряс головой. Корнев бросил книгу и, подойдя к нему и Беренде, проговорил:
- Ну?
Между смехом Долба передал о знакомстве Беренди с пропойцами.
- Ну? - переспросил Корнев, когда кончил Долба.
- Ну, и ничего, - ответил немного уже смущенный Долба.
- Чему же ты смеешься?
- Отчего мне не смеяться?
- Рыло!
- За... замечательно интересный народ, - приложил Берендя свои пальцы к груди.
- Гм! - протянул раздумчиво Корнев.
- Посмотреть бы их надо? - не то советуясь, не то советуя, предложил Долба.
- Их, что же, за деньги показывают? - спросил Корнев.
- За... зачем? - не понял Берендя остроты, - так прямо п... приходите.
Посмотреть новых знакомых Беренди собрались: Корнев, Рыльский, Долба, Карташев. Корнев привел к Беренде и своего двоюродного брата Моисеенко, студента университета. К Моисеенко и Корнев, и вся компания относились с уважением.
Моисеенко был простой с виду, вдумчивый и серьезный, весь поглощенный своими мыслями человек. Казалось, не было книги, которой бы он не прочел. На все, что для компании представлялось неясным, у Моисеенко всегда были определенные и точные разъяснения. Он охотно давал их, ставил ни во что свою эрудицию и поэтому пользовался в кружке Корнева авторитетом. Можно было спорить с Корневым, с Рыльским и Долбою, но с Моисеенко не спорил никто, и когда молчавший до того Моисеенко начинал говорить, то все споры сами собой кончались. Для компании это был тот же Писарев, Бокль, Дарвин, с тою разницею, что те были далеки, бывали не всегда понятны, а этот был близок и понятен.
0uqkjdy
С дипломом – в казарму. Суд по правам человека готов оправдать Василия Кононова. О взяткоёмкости — без пафоса. Россия сможет «красиво уйти» из Бушера.
В чем мы не согласны с “несогласными”. Ближайший советник главы США покинет госслужбу. Российский Генштаб обеспокоен подготовкой Грузии к новой агрессии. Как судебные приставы могут не пустить за границу. Презумпция невиновности на жилищно-коммунальный манер. Вынесен приговор мэру Архангельска Александру Донскому. Цена электроэнергии в Сибири снижается. Депутаты решили заступиться за трезвых водителей. Взрыв в Невинномыске не набрал силу теракта. Министерства не хотят прикасаться к налоговой системе. Штраф две тысячи рублей за “сопли”. Военное ведомство России разделят на акционерные общества? В каком состоянии подводный флот России. Госказна поможет регионам улучшить ситуацию на рынке труда. Ядерные вооружения и подходы Вашингтона. Вернуть ситуацию в правовое поле. В соответствии с пожеланиями телезрителей. Где молодым взять политический опыт? Комиссия дала высокую оценку качеству подготовки сочинской Олимпиады-2014. Как я работал переводчиком Жиркова. На алкогольный рынок вышла трезвость.
