Маньяки — люди с грандиозными целями

Люди с маниакальными тенденциями или склонные к биполярности имеют более высокие шансы добиться успеха, денег и славы, об этом свидетельствуют результаты нового исследования, опубликованные в понедельник, 2 марта.
Исследователи изучили 103 человека, в том числе 27 с диагнозом маниакальная депрессия или биполярное расстройство. Речь идет о расстройствах головного мозга, вызывающих необычные и зачастую драматические изменения в настроениях, энергичности и способности действовать.
Всем испытуемым было предложено заполнить анкеты, направленные на оценку их самых амбициозных жизненных целей. Они должны были указать на вероятность определенных вещей, которые могут происходить с ними, например, регулярно появляться на телевидении и заработать 20 миллионов долларов и так далее.
“Мы обнаружили, что люди, у которых маниакальные симптомы проявлялись в течение всей жизни, возлагали большие надежды на достижение популярности и финансового успеха”, - отмечает профессор Шери Л. Джонсона из университета Калифорнии.
“Данный пример показывает, что люди с маниакальной или биполярной тенденцией склонны сосредотачиваться на успехе, деньгах и славе”, - добавляет она.
В статье для британского “Журнала по клинической психологии” (Journal of Clinical Psychology), она говорит: мания, характеризующаяся повышенным настроением, скачущими мыслями и большой разговорчивостью, тесно связана с верой в важность собственных достижений.
“Полученные нами результаты свидетельствуют о том, что мания преследования со всеми ее недостатками, возможно, также побуждает людей устанавливать более высокие цели”, - говорит Джонсон.
“В некоторых случаях они достигают их, предоставляя возможность по иному взглянуть на те преимущества, которые могут сопровождать это весьма болезненное расстройство”, - подводит итог профессор.

Лев Николаевич Толстой Исследование догматического богослова

Ведь мне сказано, что бог 1 и 3, и мне сказано это как божья откровенная истина. Я не могу понять этого и ищу разъяснения. Так зачем же мне говорить о том, как неправильно верили язычники, принимая двух и трех богов. Ведь для меня ясно, что они не имели того понятия, которое я имею о боге. Так зачем же мне говорить про них? Мне надо разъяснить догмат. И зачем же говорить про этих язычников и христиан дву- и трибожников? Я не трибожник и не двубожник. Опровержение этих дву- и трибожников не разъяснит мне моего вопроса; а именно на этом-то возражении еретикам зиждется всё изложение догмата о единстве божием. И не случайно. Как и прежде было в вопросе о постижимости и непостижимости божией, изложение учения церкви об этом связывалось и даже основывалось на опровержении ложных учений, так и здесь учение не излагается прямо на основании преданий, разума, взаимной связи, а только на основании противоречии других учении, называемых ересями. В учении о троице, о божестве сына, о естестве сына, везде один и тот же прием: не говорится -- потому и тому-то так-то учит церковь, а всегда говорится: одни учили, что бог постижим, другие -- что бог непостижим совсем, и то и другое -- неправда, а правда вот то-то. В учении о сыне не говорится, что сын есть то-то и то-то, а говорится: одни учили, что он совсем бог, другие, что он совсем человек, а мы потому учим, что он то и то. В учении о церкви и благодати, о творении, об искуплении, везде один и тот же прием. Никогда учение не вытекает само из себя, а всегда из спора, при котором доказывается, что ни то, ни другое мнение несправедливо, а справедливо и то, и другое вместе.

Здесь, при изложении догмата об единстве божием, этот прием особенно поразителен, потому что невозможность много или, скорее, число-божия для нас и всех людей, верующих в бога, так несомненна, что раскрытие догмата об этом, тогда как сказано, что бог -- троичен, действует прямо обратно той цели, которую имеет в виду писатель. Та низменная область спора с многобожниками, на которую спускается писатель, и те ложные приемы, которые он при этом употребляет, уничтожают почти то понятие бога, которое имеет всякий верующий в него.